Факультет психологии Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова Факультет психологии МГУ им. М.В. Ломоносова

Психологи МГУ: А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Смирнов Анатолий Александрович
(1894-1980)

Анатолий Александрович Смирнов родился 5 ноября 1894 года в подмосковном городе Руза в семье адвоката. Он рано потерял мать и воспитывался у тетки в Варшаве (бывшей тогда одним из губернских центров Российской империи), где и окончил гимназию в 1912 году.

Высшее образование получил на историко-филологическом факультете Московского университета. В год его поступления в университет начал работу руководимый Г.И. Челпановым Психологический институт (официально открывшийся два года спустя, в 1914 году).

Смирнов увлекся психологией, активно включился в семинарскую и исследовательскую работу. Его уже тогда заинтересовала проблема памяти, к которой он, под влиянием Челпанова, сначала подходил с позиций ассоциативной психологии. Челпанов относился к нему с большой симпатией и видел в нем представителя того поколения, которое сможет по-настоящему разрабатывать экспериментальную психологию. Правда, сам Челпанов большое значение придавал философскому аспекту этих исследований, а Смирнова философская сторона дела не очень занимала — он предпочитал изучать психические явления методами экспериментальной науки, анализировать и обобщать факты и уже на этой основе строить какую-либо теорию.

Первое его научное исследование, выполненное в 1914—1915 годах, называлось «О детерминативном и ассоциативном течении представлений»; испытуемыми выступили другие слушатели челпановского «семинария» — А.Ф. Лосев (впоследствии крупный философ), Н.И. Жинкин, П.А. Шеварев, С.В. Кравков (в будущем — выдающиеся советские психологи).

В 1916 году Смирнов окончил университет и был удостоен диплома первой степени. В том же году он обвенчался с Марией Федоровной Капустинской, ставшей его верной соратницей во всех делах. В ту пору люди еще всерьез принимали формулу «пока смерть не разлучит нас» и жили в соответствии с нею — супруги Смирновы прожили вместе 64 года.

Шла Первая мировая война, и выпускник университета сразу же был призван на военную службу. Год с небольшим Смирнов прослужил в кавалерии и в начале 1918 года был демобилизован по той простой причине, что сама армия, в которой он служил, прекратила свое существование.

С февраля 1918 года он работал инструктором в культпросветотделе Моссовета, затем в аналогичном отделе Московского центрального рабочего кооператива в качестве инструктора по организации клубов для рабочих-подростков.

В июне он снова был призван — на сей раз в Красную Армию, правда, лишь в статусе вольноопределяющегося (сказывалось недоверие к бывшим царским офицерам). Демобилизовался Смирнов только в августе 1921 года. С этого момента вся его жизнь связана с московскими вузами и исследовательскими институтами, прежде всего с Институтом психологии МГУ (ныне Психологический институт РАО), где он начал работать после демобилизации и — с небольшим перерывом (1923—1933) — проработал до конца жизни, в течение 28 лет занимая пост директора.

В 1921 году произошла значительная реорганизация Психологического института, в частности были организованы выборы директора. Этот пост, несмотря на свое «идеалистическое прошлое», сохранил Челпанов — его кандидатуру большинством голосов поддержал Ученый совет. Смирнов с января 1922 года занял должность научного сотрудника первого разряда (говоря современным языком — старшего научного сотрудника).

Он активно включился в работу и продолжил свои исследования представлений. По этой тематике он выступил с докладом на первом Всероссийском психоневрологическом съезде в январе 1923 года. Однако главным событием съезда стало не обсуждение научной работы, а доклад К.Н. Корнилова, возглавившего борьбу за перестройку психологии на марксистских основах. Результаты этой борьбы отразились на судьбе Психологического института и его сотрудников. В ноябре 1923 года Челпанов был отстранен от руководства институтом, вместе с ним покинули институт многие его ученики, в том числе и Смирнов.

С января 1924 года Смирнов — старший научный сотрудник Института методов внешкольной работы. В январе 1931 года он стал профессором Института средней школы. Не оставлял он и педагогической работы. Основную область его научных интересов в этот период составляли проблемы изучения ребенка в русле педологии, а также проблемы психотехники (главным образом, профессионального самоопределения).

В области педологии наиболее значительными работами Смирнова были «Психология ребенка и подростка» (1926), которая выдержала четыре издания, а также «Введение в педологию в связи с учением о поведении человека» (1927). Обратившись к изучению детского развития, он суммировал результаты накопленных к этому времени исследований и присовокупил к ним результаты собственных наблюдений за своими сыновьями (которым и посвятил этот труд).

Исходным принципом в этих трудах был эволюционно-генетический подход. Лейтмотивом проходит у Смирнова мысль о том, что ребенка надо рассматривать как существо, непрерывно развивающееся. К тому же, подчеркивал он, необходимо каждую особенность личности и поведения ребенка рассматривать в тесной связи со всеми другими характерными чертами, свойственными ребенку данного возраста. В зависимости от возраста, наглядно показывал он, одна и та же черта характера может иметь разные психологические корни.

Смирнов создал многоплановую картину детского развития в его наиболее существенных чертах в разные возрастные периоды, рассмотрел основные закономерности психического и физического развития, особенности формирования познавательных процессов, значение игры и начальных форм труда в жизни ребенка, роль детского рисунка и его значение для познания внутреннего мира ребенка. Добротное научное содержание книг сочеталось с доступной формой изложения и практически полезными рекомендациями.

В статьях, написанных в те годы, Смирнов рассмотрел также вечно актуальную для педагогической практики проблему школьной успеваемости. Эта проблема, подчеркивал он, не может быть узкопедагогической. Главная задача — понять причины, источники неуспеваемости школьника. А для этого надо не только знать ребенка со стороны его успехов в школе, но и учитывать другие стороны его жизни, особенности его организма и личности. «Учет школьной успешности должен быть составной частью более широкого педологического изучения личности ребенка, точнее: данные учета приобретают свое подлинное значение только на фоне этого изучения», — утверждал Смирнов.

«Какие же формы учета больше всего отвечают этим требованиям?» — задался вопросом Смирнов. И пришел к выводу, что ряд преимуществ в этом отношении имеет метод тестов. Но он также таит в себе ряд опасностей и существенных недостатков. Для того чтобы их избежать, необходимо очень тщательно составить тесты и проанализировать результаты, полученные с их помощью.

Этому вопросу Смирнов уделил самое серьезное внимание. Под его редакцией вышло детальное методическое руководство по использованию школьных тестов («Школьные тесты», 1929), в котором были определены принципы построения тестов, техника их проведения и интерпретации результатов. Сборник ставил ясную цель тестовых испытаний — «дать возможность произвести в строго определенной форме обследование фактического запаса знаний и навыков у современного школьника и тем самым получить материалы, базируясь на которых можно было бы наполнить конкретным содержанием общие контуры школьных программ».

Столь же четкие, практически ориентированные цели имели работы Смирнова по психотехнике. Наиболее значительной в этой области была монография «Психология профессий» (1927). Теоретически всем понятно, что выбор профессии должен базироваться на психофизиологических, экономических и социальных факторах. Однако в реальной жизни обнаруживается хаотичность и случайность тех оснований, в силу которых большинство решает проблему жизненного призвания. От этого страдает и сам человек, и общество. Поэтому необходима научная организация выбора профессии.

В своей монографии Смирнов показал основные пути такой организации (профориентация, профконсультация, профотбор), обеспечивающие ее средства (прежде всего адекватные методы исследования профпригодности), принципы разработки профессиограмм. Он сосредоточился на личностном факторе и дал описание ряда рабочих профессий с точки зрения тех психофизиологических качеств, которые необходимы для их выполнения. Сопоставление различных профессий с этих позиций помогало определить одно из наиболее существенных направлений психотехнических исследований.

Применительно к школе психотехнические и педологические проблемы Смирнов рассматривал в едином русле. Среди задач школы он видел проведение профориентации и профконсультационной работы, построенной на психологическом материале (выяснение особенностей личности каждого учащегося и динамики его развития, изучение запросов и интересов и т.д.).

Работа Смирнова в области педологии и психотехники шла успешно и плодотворно. Однако к концу 20-х годов стало резко меняться положение в науке. Под официальным давлением изменился сам стиль научных публикаций, стала обязательной идеологическая фразеология. Ярким документальным свидетельством этого непростого периода служит статья Смирнова о профориентации в школе, опубликованная в 1932 году. Содержание ее в целом построено на добротном научном материале, но во вводной части уже отмечена необходимость преодолеть аполитичность, педагогический нейтрализм, узкий профессионализм и рассматривать профотбор и профконсультацию прежде всего как политико-воспитательную работу, цель которой — правильное понимание социалистического отношения ко всякой профессионально-трудовой деятельности.

Идеологический прессинг все усиливался. Сохранить научный уровень исследований становилось все труднее. Работа Смирнова в области педологии и психотехники, в частности его книга «Психология ребенка и подростка», подверглась критике (отголоски этой критики проявлялись даже в связи с критикой вейсманизма-морганизма после сессии ВАСХНИЛ в 1948 году). В такой ситуации Смирнов решил прекратить работу в этой области.

В январе 1933 года Смирнов вернулся в Институт психологии и не расставался с ним до конца жизни.

После постановления ЦК ВКП(б) «О педологических извращениях в системе наркомпросов» (1936) Смирнов не мог избежать «покаяния» и вынужден был выступать с критикой «педологических извращений» в школе, связанных, в частности, с использованием работ Э. Торндайка и Ч. Спирмена. Некоторое время после этого он занимался изучением психологических проблем преподавания математики в начальной школе, а с 1938 года, став заведующим лабораторией памяти, заложил прочные основы многолетних исследований мнемических процессов.

Первая его крупная работа в области психологии памяти, основанная на обширном экспериментальном материале, была посвящена популярной в конце 30-х годов проблеме ретроактивного торможения. Анализ существующих теорий ретроактивного торможения привел его к выводу, что основной проблемой, требующей дальнейшего исследования, является зависимость ретроактивного торможения от содержания предшествующей и последующей деятельности.

В качестве предмета своего исследования он избрал вопрос о значении сходства обеих деятельностей и о роли трудности последующей деятельности в развитии ретроактивного торможения. В итоге исследования он показал, что величина ретроактивного торможения снижается по мере уменьшения сходства между предыдущей и последующей деятельностью. Не менее существенную роль играет степень трудности последующей деятельности.

Результаты работ Смирнова не только проясняли важные моменты в постижении механизмов психической деятельности, но и помогали в организации всякой практической работы, связанной с заучиванием. Впоследствии Смирнов развернул широкую программу исследований по психологии памяти на основе деятельностного подхода.

В период Великой Отечественной войны, наряду с выполнением задач, диктовавшихся условиями военного времени, Смирнов продолжал научно-исследовательскую и преподавательскую работу. С 1941 года (до 1952 года) он был профессором МГУ. В связи с созданием Академии педагогических наук РСФСР Смирнов 11 марта 1944 года был утвержден ее членом-корреспондентом. В апреле 1944 года он стал заместителем директора Института психологии АПН РСФСР, а 5 июля 1945 года был утвержден в качестве директора института. 20 февраля 1947 года его избрали действительным членом АПН РСФСР (в дальнейшем он избирался членом президиума академии и некоторое время исполнял обязанности вице-президента).

Основные научные интересы Смирнова в этот период были сосредоточены на исследовании влияния направленности и характера деятельности на запоминание и на определении роли процессов мышления в запоминании. К концу 40-х годов он завершил фундаментальный труд по психологии запоминания.

Среди множества проблем психологии запоминания Смирнов избрал три круга вопросов: соотношение двух основных видов запоминания — произвольного и непроизвольного; осмысленность запоминания, особенности мыслительных процессов при запоминании; значение и функции повторения в процессе заучивания.

Характеризуя произвольное запоминание, Смирнов рассмотрел различные виды мнемической направленности (на точность, полноту, последовательность, прочность запоминания), их источники и их влияние на результативность запоминания. Не обошел он вниманием и проблему мотивов запоминания, их значения для его продуктивности.

В ходе анализа процессов непроизвольного запоминания он убедительно продемонстрировал его зависимость от направленности деятельности, от ее содержания и характера.
Проведя сопоставительный анализ произвольного и непроизвольного запоминания, Смирнов выявил условия, при которых проявляются преимущества каждого из них, отметил возрастные различия в их соотношении, показал их постоянную взаимосвязь в реальной жизненной практике человека. Полученные данные позволили сформулировать общую закономерность соотношения произвольного и непроизвольного запоминания: преимущество того или другого вида запоминания зависит от степени его соответствия цели деятельности, от степени интеллектуальной активности, определяемой характером деятельности.

Исследуя особенности мыслительных процессов при запоминании, Смирнов получил большой экспериментальный материал, подтверждающий двусторонний характер взаимоотношения процессов памяти и мышления, их взаимовлияние. Под этим углом зрения он рассмотрел роль понимания в запоминании, показал возможность как положительного, так и отрицательного их взаимодействия, выявил возрастную динамику в развитии этих процессов. Благодаря этому исследованию проблема осмысленности запоминания наполнилась живым, конкретным содержанием, получила выход в реальную педагогическую практику.

Монография Смирнова «Психология запоминания» (1948) стоит в ряду фундаментальных исследований, имеющих непреходящую научную ценность и получивших мировое признание.

В январе 1949 года Смирнову было присвоено ученое звание профессора, а в феврале 1951 ВАК утвердил его в ученой степени доктора педагогических наук (по психологии). В 1958 году он получил звание заслуженного деятеля науки РСФСР.

В 50-е годы характер деятельности Смирнова несколько изменился. Помимо научной работы он должен был много заниматься научно-организационной деятельностью. Положение обязывало его уделять внимание не только своим профессиональным интересам, но и проблемам, важным для всей психологической науки того времени. В частности, после Павловской сессии двух академий (1950) перед психологией встала сложная задача: не вступая в открытую конфронтацию с идеологической линией (что в те годы было исключено), в то же время «сохранить лицо», отстоять свою самостоятельность, найти приемлемое русло исследований. И в этом немалую роль сыграл Смирнов.

В эти же годы после долгого перерыва (журнал «Психология» был закрыт в 1932 году) психологи получили возможность издания своего специального журнала. В 1955 году начал выходить журнал «Вопросы психологии», главным редактором которого Смирнов с небольшим перерывом был до конца жизни. В 1957 году было создано Общество психологов, в организации которого Смирнов также играл огромную роль и был его первым президентом.

В этот же период после долгого перерыва чуть приоткрылся «железный занавес», и советские ученые получили некоторые возможности контактов с зарубежными коллегами. В 1953 году Смирнов возглавил делегацию советских ученых на Международных днях ребенка в Париже, где выступил с докладом о развитии детской и педагогической психологии в СССР. Участвовал он и в других научных форумах, в частности ХV и ХVI Международных психологических конгрессах.

В 1966 году ХVIII Международный психологический конгресс состоялся в Москве. Он собрал рекордное количество участников. Проведение конгресса потребовало огромной организаторской работы, основная тяжесть которой легла на сотрудников Института психологии и Смирнова как председателя организационного комитета. Помимо доклада по проблемам памяти Смирнов выступил на конгрессе с вечерней лекцией о путях развития советской психологии. Текст его выступления был издан на русском, французском и английском языках в Москве, а затем перепечатан во многих журналах других стран.

1 августа 1966 года было принято постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР о преобразовании Академии педагогических наук РСФСР в общесоюзную. Реорганизация закончилась к концу 1969 года. Изменения должны были коснуться и входящих в нее институтов.

В это же время шла работа по созданию нового Института психологии в системе АН СССР. В связи с этим поднимался вопрос о том, чтобы изменить профиль работы Института психологии АПН, ограничить его исследования проблемами педагогической психологии. Смирнов тактично, но очень твердо отстоял необходимость разработки в институте всего спектра научных проблем, прежде всего проблем общей психологии. Во многом благодаря его усилиям общая психология стала частью названия института (с января 1970 года институт носил название НИИ общей и педагогической психологии АПН СССР).

В январе 1973 года Смирнов оставил пост директора института, сохраняя заведование лабораторией памяти. В мае 1975 года он перешел на положение профессора-консультанта. Одной из последних крупных прижизненных публикаций стала статья в книге «Психология и психофизиология индивидуальных различий», для которой он написал воспоминания о своем многолетнем друге и соратнике Б.М. Теплове.

24 мая 1980 года А.А. Смирнова не стало.

По решению коллектива Института психологии у входа в Большую аудиторию, в которой проходили заседания Ученого совета, руководимого А.А. Смирновым в течение трех десятилетий, навечно установлена мемориальная доска:

Ученому,
общественному деятелю
и замечательному человеку
Смирнову
Анатолию Александровичу,
директору института
в трудные 1945—1973 годы.
Благодарные сотрудники

Сергей СТЕПАНОВ

О факультете | Поступающим | Научная работа | Психологи МГУ | Форум | Ссылки

Факультет психологии Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова
125009, Москва, ул. Моховая, д. 11, стр. 9. Схема проезда.
Тел. (495): 629-76-60 и 629-48-02 (приёмная комиссия), другие телефоны. E-mail отдела связей с общественностью.

Дизайн и поддержка сайта 1997-2017: Станислав Козловский